Как сочувствовать знакомым?

В разговорах с разными людьми иногда приходится выражать сочувствие собеседнику в связи с какими-то неприятностями или даже горем. По-настоящему искренне, наверное, могут сочувствовать только любящие люди (например, мать своему ребенку). Остальные просто исполняют ритуал сочувствия. Но и это неплохо, потому что такой ритуал показывает доброжелательность и желание продемонстрировать хорошее отношение к человеку. Возможно ли искреннее сочувствие не очень близкому человеку?

Вряд ли. Когда друг или приятель рассказывает о своей неприятности, мы представляем в этой ситуации только себя, а не его. Откуда нам знать, что происходит в чужой душе? Какими бы словами он ни выражал свои чувства, мы никогда в полной мере их не поймем. Значит, произнося сочувствующие слова, реально мы сочувствуем только себе в неприятной ситуации друга. И когда даем советы, то советуем себе, так как опять же представляем именно себя в сложной ситуации другого человека.

Для многих людей вполне достаточно чисто внешнего соболезнования как знака подтверждения хороших отношений.

Я понаблюдала, как по-разному реагируют люди на возникшую необходимость сочувствовать. Такое разное сочувствие по поводу легкого недомогания

У меня есть приятельница, с которой мы не очень близки, просто иногда перезваниваемся по телефону, чтобы поговорить ни о чем. Как-то в одном из разговоров она долго и подробно описывала свои болезни. Потом спросила о моем здоровье. В данный момент у меня болело колено, и я честно сказала ей об этом. Потом я поняла, какую ошибку совершила.

На следующий день она позвонила мне и посоветовала делать компресс на колено из семени льна, которое надо хорошо проварить. Я поблагодарила за совет. Но пользоваться им не спешила, потому что боль в колене уже прошла. Вскоре она позвонила снова и сказала, что забыла меня предупредить: горячее семя льна не нужно сразу класть на колено, чтобы не обжечься. Я ответила, что вполне могу сообразить не накладывать кипящий раствор на больное место.

Через пару дней снова звонок от нее. Теперь она спросила, делаю ли я компресс. Меня уже стали напрягать ее звонки. Я ей ответила, что пока не делаю, потому что колено уже не болит. Тут мне пришлось выслушать лекцию о том, что нельзя запускать болезни суставов, и если колено не болит, то это не значит, что оно здорово. Мне это, наконец, надоело, и я откровенно попросила ее оставить моё колено в покое. Она не обиделась, только попеняла мне за легкомыслие (мы с ней почти ровесницы). Я демонстративно перевела разговор на другую тему.

Однако расслабляться было рано. Через день она позвонила и посоветовала мне почитать книги доктора Бубновского, в которых он дает советы по лечению суставов, в том числе коленей. А еще через день спросила, понравился ли мне Бубновский. Поскольку она звонила строго в определенное время, когда была свободна, в эти часы я перестала брать трубку (как я была рада, что у нее не было номера моего сотового телефона). Если все же она дозвонится до меня, то на её вопрос о здоровье я теперь отвечу, что всё замечательно, даже если в этот момент буду прикована к постели.

Другая моя приятельница действует ровно наоборот. Она звонит и спрашивает о моем здоровье. Бывает трудно скрыть кашель или насморк. Приходится «признаваться» в простуде. Но я не успеваю договорить, потому что буквально на полуслове она «переводит рельсы» на себя и произносит сакраментальную фразу: «И у меня тоже». Далее идет обстоятельный рассказ о состоянии ее здоровья. Иногда мне хочется ее попросить, чтобы она сразу начинала разговор о своем здоровье, не делая вид, что интересуется моим.

Третья приятельница на мой ответ, что, например, болит голова, отвечает всегда одно и то же: «Ерунда, не обращай внимания, выпей анальгин или аспирин, и всё пройдет». Я сразу начинаю чувствовать незначительность моей головной боли. В дальнейшем я всегда отвечаю ей, что всё в порядке. Как сочувствовать в настоящем горе?

Когда-то мы работали вместе с переводчицей, которая потом ушла из нашего отдела. У нас с ней всегда были прекрасные отношения. После ее ухода мы иногда перезванивались, но потом общение естественным образом прекратилось. Время от времени я что-то слышала о ней от общих знакомых. Не так давно мне сообщили страшную новость: у переводчицы погиб сын. Я была потрясена, но так и не смогла позвонить, чтобы выразить свое сочувствие. Может быть, я слишком усложняю этот вопрос. Ничего особенного: взять трубку и позвонить со словами соболезнования. Я долго собиралась сделать это, но так и не могла придумать слов, адекватных такому случаю.

Недавно она неожиданно позвонила мне с одной просьбой. Я тут же вспомнила, что так и не выразила своего соболезнования по поводу гибели ее сына. Мы обсуждали интересующий ее вопрос, а меня всё время беспокоила эта мысль. Мы закончили разговор, но я так и не затронула эту тему.

Может быть, я правильно сделала? Не всякое несчастье требует сочувствующего отклика. Конечно, горе переводчицы было таким страшным, что любые слова, даже самые искренние, могут раздражать и казаться неуместными.

Да и в остальных, менее ужасных, случаях, возможно, лучше промолчать или обойтись буквально несколькими подходящими словами, не навязывая себя. Мне кажется, не всегда нужно стараться реагировать на неприятности другого человека, бурно демонстрируя свою отзывчивость.




Отзывы и комментарии
Ваше имя (псевдоним):
Проверка на спам:

Введите символы с картинки: